Личный кабинет

Юрий Быков: «Завод»

11.09.2018 15:00






С 6 по 10 сентября проходил 43 Международный кинофестиваль в Торонто/Toronto International Film Festival.  Картина режиссера Юрия Быкова «Завод» принимала участие в секции Contemporary World Cinema. В производстве фильма принимали участие Start.ru, компания «Фильмы навсегда», кинокомпания «Кода», KinoVista, компания «Шарм». 

Сам Юрий Быков выступил также автором сценария и одним из продюсеров картины. В интервью режиссер рассказал о том, насколько «Завод» отличается от его предыдущих работ, почему он снова вернулся в соцсети, как поменялось его мировоззрение за последний год, и о многом другом. 

Александра Иванова:
Пять лет назад вы представили на фестивале в Торонто фильм «Майор». В этом году там состоится премьера «Завода». Исходя из вашего прошлого опыта, насколько важен этот показ, какую роль он играет в дальнейшем продвижении фильма?

Юрий Быков:
Трудно судить, какую роль этот фестиваль сыграет именно в судьбе картины «Завод». Это достаточно крупный форум, правда, без жюри. Ждем каких-то отзывов, критики и результатов кинорынка, потому что у нас достаточно мощный sales-агент.

кадр из фильма Завод

Александра Иванова:
Вы снимаете кино, которое бьет наотмашь, и долго не отпускает. По поводу «Завода» вы недавно сказали, что там будет показана природа бунта в России, недовольны будут все, и что вы не вставали ни на чью сторону, а просто показали, как все есть на самом деле. На чем основана сюжетная линия картины, есть ли реальная подоплека у этой истории?

Юрий Быков:
Реальная подоплека этой истории существовала задолго до появления нынешнего строя, до наступления сегодняшнего момента. Еще Александр Сергеевич Пушкин в своем замечательном произведении «Капитанская дочка» сказал, что «русский бунт - бессмысленный и беспощадный». Но он спровоцирован общим положением вещей. Почему недовольны будут все? Наше общество крайне радикально разделено на неравные части. Основная все-таки поддерживает существующее положение вещей, или, по крайней мере, нынешний курс развития государства, и, конечно, она рассматривает попытки насильственного выяснения отношений как крайне непродуктивные и неправильные. А другая часть общества наоборот расценивает те самые попытки как очень продуктивные и весьма правильные. С моей точки зрения речь идет о том, что в такой ситуации как бунт всегда страдают все стороны, и тот народ, с помощью которого этот бунт делается. Мне кажется, интересно посмотреть на то, как лобово, жестко сталкиваются и та, и другая сторона, и что происходит с людьми, которые оказываются, грубо говоря, посередине, людьми, которыми эти стороны манипулируют.
«Завод» эстетически сильно отличается от моих прежних авторских работ. Там много компьютерной графики, перестрелок, все на зрительском уровне, в том смысле, что мы с партнерами не поскупились. Это не кино, снятое на дешевую камеру во дворе какого-нибудь разрушенного завода, все, скажем так, монументально, декоративно, и визуально решено ярко и пафосно. Поэтому нахожусь сейчас в нервном ожидании реакции на этот фильм.

Александра Иванова:
С какими сложностями - производственными и творческими - вы столкнулись в процессе работы?

Юрий Быков:
Сложности были больше практического свойства, как и на любом проекте. Но в нашем случае они увеличились, потому что авторская, проблемная картина делается практически на альтруизме, а это не эффективный подход в производстве кино. Но, как говорится, «назвался груздем - полезай в кузов», если начинаешь идти против принятой структуры производства, то и получаешь по заслугам.
Схемы положительной продуктивной монетизации авторского, проблемного кино не существует в силу разных причин. Поэтому все наши проблемы в первую очередь связаны с очень ограниченным бюджетом, и с тем, что финансирование частное. Как всегда, хотелось больше денег. Хочу сказать спасибо тем людям, которые участвовали в проекте и помогали нам.




Александра Иванова:
У картины много продюсеров. Как вы находили с ними общий язык, не было ли разногласий?

Юрий Быков:
У нас изначально была договоренность, что я полностью контролирую конечную версию фильма. Собственно, у меня не было продюсеров в исконном понимании этого слова, у меня были партнеры, потому что я сам выступаю практически в первых рядах продюсирования картины. Сопродюсеры могли просто давать свои советы, я часто к ним прислушивался, был в диалоге, но, безусловно, последнее слово оставалось за мной. И это меня успокаивало.

Кадр из фильма Завод

Александра Иванова:
Для вас важно, чтобы актеры в процессе съемок были вашими стопроцентными единомышленниками, или достаточно того, что они профессионально выполняют ваши указания?

Юрий Быков:
Нет, конечно. Никогда не требовал, чтобы артист был со мной согласен в каких-то мировоззренческих вещах. Артисты вообще очень часто избегают любых проявлений концептуальных согласий или несогласий, потому что они выполняют свою работу. Актерская профессия очень зависимая. Актер выбирает работу, роль. Если она ему нравится, и он понимает, что может доверять режиссеру, он за нее берется. И этого достаточно. Что касается самой работы, там, безусловно, существует некое подобие диалога, но с пониманием со стороны артистов, что последнее слово остается за мной. Юрий Любимоввообще говорил, что демократии в театре быть не может. Не совсем с этим согласен, времена изменились, любое авторитарное влияние на людей не является продуктивным и не ведет к хорошему результату. Но артисты всегда знают, в какой-то момент я скажу, что нужно так и никак по-другому, и они будут вынуждены выполнить мою задачу.




Александра Иванова:
«Завод» позиционируется как триллер, в то же время, насколько я понимаю, это снова социальная драма. Как вам удалось совместить жанры?

Юрий Быков:
Честно говоря, пока неизвестно. С одной стороны, «Завод» действительно триллер, мало того, это криминальная драма, и все социальные подтексты пока немного тонут в этой жанровой основе. Триллер еще как-то может пронести социальную нагрузку, но когда картина переходит в чистый жанр, когда есть перестрелки, драки, очень энергичные сцены выяснения отношений, это все превращается в такое приключение. В любимой книге моего детства - «Острове сокровищ» Стивенсона - тоже есть мораль. Но читают эту книгу все-таки прежде всего потому, что она приключенческая, развлекательная. И в «Заводе»в первую очередь получилось очень много именно действенного, такого даже аттракционного. В своих предыдущих картинах я эту черту не переходил. Всегда боялся утонуть в лишней динамике, экспрессии. Здесь же я не то что бы этого не побоялся, а просто как-то упустил. Команда молодая, давно не снимал то, что хотел. Смотря картину сейчас, понимаю, почему она не попала ни на один европейский фестиваль. Она крайне жанровая. И если есть там какие-то смыслы, подтексты, то, конечно, российский зритель их считает. А вот западная публика может и не обратить внимание на то, что картина действительно является социальным высказыванием. «Завод» все-таки первая картина после моего долгого и мучительного перерыва в авторской работе. И критики, и зрители увидят, что я не сразу, как персонаж «Конька-Горбунка», выскочу из котла свежий, молодой, чистый, и все умеющий. Очевидно, что работа в коммерческом русле, в продюсерском кино, работа с совершенно другой эстетикой оказала свое влияние. Сейчас я сделал в каком-то смысле более яркую и более условную работу, чем были у меня до этого. Конечно, эта разница будет заметна.

на съемках фильма Завод

Александра Иванова:
В одном из интервью вы заявили, что раньше были максималистом-мизантропом, который пытался убедить мир, что он безысходен, пессимистичен и страшен, и об этом были ваши картины, но теперь ваше мировоззрение поменялось.

Юрий Быков:
Могу сказать, что, как минимум, я стал бояться смерти. Раньше я не то что бы не боялся, но не задумывался о том, что она есть, она рядом, и что, в общем, умирать страшно. Не думаю, что это конечный этап развития моего сознания, потому что страх смерти это тоже неконструктивная вещь. Но он, по крайней мере, ставит тебя ногами на землю. И когда ты понимаешь, что смерть рядом, и ее не избежать, начинаешь думать более или менее позитивно. Развитие – это главное, что должно происходить и с природой, и с человеком, и его не остановить. Мне кажется, я схватился за какую-то ниточку. Очень тонкую, непрочную. Но это хоть что-то, потому что раньше я семимильными шагами бежал в пропасть, и считал, что это верно. Мало того, думал, что весь мир должен вместе со мной сгинуть в этой пропасти. А теперь понимаю, что надо искать и какие-то позитивные моменты, может быть ценою отказа от вещей, которые меня держат в зоне комфорта. Ведь зона комфорта бывает разная. Случается, что ты вроде как недоволен жизнью, жалуешься, и все у тебя плохо. А на самом деле это и есть твоя зона комфорта, тебе так удобно. Мне всегда, видимо, было удобно негативно относиться к окружающей действительности, а сейчас понимаю, что это уже непродуктивно.




Александра Иванова:
Ваша жизнь в какой-то степени тоже готовый сюжет для кинофильма, во всяком случае, такое впечатление складывается, если почитать вашу биографию, ваши интервью. Такое кино про режиссера, который идет своим путем, ошибается, не боится признавать свои ошибки, идет дальше, думает, рефлексирует. В каком жанре вы бы представили кино о себе, о своей жизни?

Юрий Быков:
Звучит пафосновато.

Александра Иванова:
Но ведь каждый человек в какой-то степени проживает свою жизнь в определенном жанре, кто-то в мелодраме, кто-то в драме…

Юрий Быков:
Жизнь любого человека прежде всего, конечно, драма. Но пока непонятно с каким финалом. Бывают байопики, становящиеся примером жизнеутверждения. А есть такие, которые показывают, как не надо жить. Примером чего является моя жизнь, пока не понимаю. Того, чего надо опасаться, каких ошибок не нужно допускать, какие глупости не совершать. Или же того, что долог и тяжел путь из ада к свету. Хотелось бы, конечно, верить во второе, особенно если знать детали того места, где я родился и вырос, и сопоставить это с моим нынешним положением. Но чем это все закончится, будет ли это кино с хэппи-эндом, сложно сказать даже мне самому.

Александра Иванова:
Вы ушли из соцсетей, но потом все же вернулись обратно. Почему? Это нужно вам для продвижения своей работы, или вам все-таки интересно и необходимо высказывать свое мнение публично и получать отклики?

Юрий Быков:
Не совсем вернулся, сейчас почти ничего не пишу. Пытался несколько раз это делать, но часто попадал на очень грубые комментарии. В определенный момент я сознательно выбрал позицию андеграунда. У меня очень сложное отношение к тому, что происходит в стране. Но формально встать на сторону государства в целом, или на сторону его ярых оппонентов, не могу. Получается, что я не там и не тут. Это сознательная позиция, понимаю, что у меня не хватает внутреннего компромисса, чтобы полностью согласиться с той или иной стороной. Михаил Сегал однажды сказал очень умную фразу «человек сначала выбирает эстетическую позицию, а потом всячески оправдывает ее этически». Например, человеку нравится ездить в Европу, и он будет всячески доказывать, что это путь России. А другому не нравится, ему по душе балалайка и гармошка, и он станет утверждать, что у России особый путь. А правда, конечно, выше всех этих предрассудков. И человек, который действительно стремится к объективности, может оказаться в одиночестве. Поскольку я нахожусь в этой сложной, неоднозначной, не относящейся ни к кому позиции, мне важно иметь свой портал для выражения мыслей. Могу спокойно у себя в соцсетях высказаться на разные темы, не будучи никем ангажированным. Другое дело, что может прилететь ответ и с той, и с другой стороны, что на самом деле и происходит. Недавно написал пост о девочках, которых содержали в СИЗО по делу «Нового величия». Высказался, что разбираться с тем, кто прав, кто виноват, нужно, сначала отпустив девочек хотя бы под домашний арест, а не держать детей за решеткой. И у меня в комментариях сразу же консерваторы, любители государства стали кричать, что это необходимая плата за порядок и гармонию в стране. А либералы написали «возьмите фотографию этой девочки, пойдите и удавитесь, потому что это вы ее посадили». Вот как в этой ситуации вставать на ту или иную сторону?




Александра Иванова:
Да, конечно…. Но вернемся к кино. У всех ваших фильмов короткие, лаконичные названия, в одно слово. Это случайность или закономерность?

Юрий Быков:
Редко когда видел, чтобы хорошее название состояло из многих слов, если только это не игра словами, например, «Как трусливый Роберт Форд убил Джесси Джеймса».   

Кадр из фильма Завод

Александра Иванова:
В прошлом году у всех на слуху был «Витька Чеснок».

Юрий Быков:
Да, «Как Витька Чеснок вез Леху Штыря в дом инвалидов». Даже я не могу сейчас это быстро выговорить. И понятно, что все называли его просто «Чесноком». Все сокращается до одного слова. Однажды это осознал и принял решение, что формулировать нужно одним словом. Очень долго думал, как назвать «Завод». Всем сначала казалось, что название крайне нереспектабельное, нехлесткое, какое-то странное. Но в итоге оно и осталось. Мне кажется, у него есть и второй смысл: завод – когда заводят человека в тупик, или доводят до напряжения, до белого каления.

Александра Иванова:
Как идет работа над картиной «Сторож», в какой стадии она сейчас, уже определен актерский состав?

Юрий Быков:
Съемки должны начаться где-то в ноябре-декабре. Актерский состав еще до конца не определен. Единственно, что я могу сказать, одну из главных ролей сыграет очень хороший актер, широко раскрывшийся для меня в картине «Завод». Это Владислав Абашин. Считаю, что он для меня находка ранга Дениса Шведова. Тоже очень крупный, мощный мужской характер, в чем-то даже архаичный. Всегда ищу своего Урбанского, для меня это самый главный киношный архетип. Ну и ваш покорный слуга, видимо тоже примет участие, наконец-то тоже вернусь к актерству. Мне есть что сказать и прожить. Это ни в коем случае не связано с политикой. Картина даже больше мелодраматическая. Речь идет о трех людях, когда-то совершивших поступок, за который не могут себя простить. Как найти компромисс между желанием жить и желанием быть достойным. Эта тема меня мучает еще с первой картины. Можно ли врать, обманывать, изворачиваться ради того, чтобы остаться в живых. Или же нельзя, но тогда как найти свое место в этой жизни, потому что она постоянно требует этих компромиссов. Это для меня самый важный вопрос, и, видимо, в сценарии «Сторожа» я на него каким-то образом ответил.

Александра Иванова:
Вы сказали, что возвращаетесь в актерскую профессию. Недавно вы закончили сниматься в сериале Алены Званцовой «Дети». Расскажите, пожалуйста, об этой работе.

Юрий Быков:
С очень большим уважением отношусь к Алене Званцовой, прежде всего потому, что она написала «Оттепель», которую я считаю выдающимся произведением телеискусства. В какой-то момент ко мне поступило предложение от нее лично участвовать в новом мелодраматическом сериале. На мой положительный ответ повлияли три фактора. Во-первых, режиссер Званцова. Во-вторых, продюсер Валерий Тодоровский. Ну а в третьих, актерский состав, это Александр РобакЯна СекстеВиктория ИсаковаЕвгения Брик, Олег Ягодин, Кирилл Сафонов. Роль у меня достаточно большая, практически центральная. Играю такого сорокалетнего неудачника, который состоялся во всем, кроме того, чтобы быть самим собой. Весь сериал вообще рассказывает о проблеме отсутствия детей в сорок лет, как ее решать, и как к ней неожиданно подходят люди в моем возрасте. Сам я не женат, детей нет, тема в меня попадает, потому что это тоже очень большой личностный вопрос. Пытаюсь понять, как мне найти своего человека. Собственно, участие в сериале «Дети» подтолкнуло меня к тому, чтобы в «Стороже» тоже самому сыграть одну из ролей. Честно говоря, очень долго сомневался, стоит ли вообще возвращаться к актерской деятельности. Но если пытаться вернуть то зрительское доверие, которое у меня было, нельзя дальше соглашаться ради денег на коммерческие проекты, работать наемным режиссером. У меня очень много смежных профессий, и музыку пишу, и сценарии, поэтому надо как-то балансировать, чтобы не попасть в плохой проект, или в тот, который не соответствует моему «я». И если все получится, то буду хотя бы раз в год сниматься в какой-то картине. Актерская профессия самая для меня близкая, потому что я по природе своей артист. Мог бы, наверное, даже быть театральным артистом, но мне, к сожалению, не подходит подчинительная должность. Поэтому и случились все эти коммерческие неудачи, или проекты, которые считаю не совсем для себя успешными. Там я был вынужден подчиняться, а это немножко не мое. Как артист, я безусловно умею выполнять поставленные задачи, и это нормально. Но всегда за мной должен оставаться какой-то диапазон, простор выбора. Если его нет, теряюсь, не понимаю, как существовать в поставленных рамках.

на съемках фильма Завод, режиссер Юрий Быков

Александра Иванова:
В работе над «Методом» вы были несвободны?

Юрий Быков:
Это уже превращается в не очень корректное отношение к моим партнерам, продюсерам, которые вместе со мной делали эту работу. Кинокомпания «Среда» имеет свою эстетическую стилистику, и она пытается ее сохранить во всех проектах. Стилистика диктуется эстетическим ощущением главного человека в кинокомпании «Среда», это Александр Евгеньевич Цекало. Как он сказал однажды, «мы снимаем эффектное кино про эффектных людей». Я сформулировал для себя, что снимаю страшную сказку, взрослый комикс. А я вообще к комиксу и к преувеличению реальности отношусь весьма скептически.

Александра Иванова:
Тем не менее, в «Методе» вам все же удалось сохранить вашу интонацию, стиль, в какой-то мере. Во всяком случае, когда я смотрела сериал, мне было понятно, что это кино Юрия Быкова.

Юрий Быков:
На площадке я крайне заинтересован в процессе, всегда нахожусь в гуще событий. Я не из тех режиссеров, которые сидя на диване и попивая очередной кофе, говорят «нравится - не нравится». Пытаюсь всегда объяснить, что мне нужно, почему, и зачем я на этом настаиваю.

Александра Иванова:
Да, и это все же не комикс, там затрагивается серьезная психологическая и философская тема.

Юрий Быков:
Безусловно. Но я к этому отношусь примерно так же, как к творчеству выдающегося режиссера Кристофера Нолана, который снимает блокбастеры про Бэтмена, вкладывая туда достаточно серьезные, философские мысли, но остающиеся на плоскости поп-культуры. Считаю, что это все равно в некотором смысле лукавство. Это попытка объяснить простому зрителю, что он тоже, в общем, не дурак. В том смысле, что не надо читать большого количества книг, смотреть много умных фильмов, ходить в музеи. Просто смотрите мое кино, говорит нам Кристофер Нолан, с одной стороны я вас развлеку, а с другой – мы всерьез пофилософствуем по Канту. Видно, что это поддавки и белые нитки. А для массового зрителя это конечно такой необычный продукт. То же самое «Метод». Сериал сделан очень ярко, но в то же время он действительно неглупый и глубокий по отношениям, переживаниям. Для меня это все равно компромисс. Эстетически я гораздо более брутальный и приземленный человек. Но поскольку считаю себя все-таки профессионалом, могу и такие вещи делать. А вот нужно ли тратить на это время, большой вопрос.

Александра Иванова:
Вы довольно часто встречаетесь со зрителями. Что вам дают эти встречи?

Юрий Быков:
С моей точки зрения художник должен заниматься тремя вещами. Развитием самого себя, непосредственно своей работой, и общением с аудиторией. Мне важно, чтобы зрители понимали, я не считаю себя выше их, не стою на пьедестале. Они имеют возможность высказать свои претензии. Пытаюсь объяснить, что я действительно проводник, выполняю свою функцию и пытаюсь делать это добросовестно. Получается нечасто, из-за трусости, малодушия, глупости, но я стараюсь, и всячески показываю, что зрители могут участвовать в моем поиске.

Источник

Возврат к списку


КОММЕНТАРИИ


Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Защита от автоматических сообщений
 
Кинотранспорт в аренду