Личный кабинет

О кино и стереотипах. Большая статья.

14.03.2015 17:35
ИСТОЧНИК

Не секрет, что как только кинематограф утвердился в роли информационного источника, его волей-неволей начали использовать в качестве распространителя стереотипов.

Сегодня мы рассмотрим стереотипы, которые кинематограф разных стран выработал у зрителя.

Пока русские пьют водку, сомалийцы играют в «пиратов Индийского океана», а японцы строят роботов, злобные арабы на пару с не менее злобными северокорейцами конструируют ядерную бомбу. Человечество под угрозой. Кто спасет всех? Только простые американские парни. Нет, это не описание нового американского боевика (хотя похоже на «Интервью») – это сложившиеся у нас стереотипы об определенных нациях.

С тех самых пор, как кинематограф утвердился в роли информационного источника, его волей-неволей используют в качестве распространителя стереотипов. Однако в этой статье мы рассмотрим не всем известные голливудские стереотипы о самоварах на МКС и молящихся на портрет Ким Чен Ына северокорейцах, а те стереотипы, которые кинематограф стран выработал у зрителя, выпустив свои фильмы в широкий прокат.


«Расёмон»

Начнем наш обзор с Японии. Мировую известность японский кинематограф получил только начиная с фильма «Расёмон» Акиры Куросавы в 1950 году. Куросава впервые показал всему миру, как много для японцев значит собственная честь, и как они готовы ее защищать, а также вывел в мировое кино философию японских самураев, затем посвятив этому ленты «Семь самураев» и «Телохранитель».

Потом заинтересовавшиеся Японией зрители открыли для себя режиссера Микио Нарусэ и фильм «Стон Горы».

Здесь зрителями был сделан вывод о тесной связи их быта с народными традициями и даже природой и ландшафтом Японии, о некоторой холодности японцев и об их чувстве долга: если муж не любит свою жену, та, будучи принятой в семью, не может открыто обсуждать вопросы измены и тем более прекословить мужу или его родителям, а последние должны вмешаться в ситуацию только тогда, когда сочтут нужным.

Еще одним потрясшим весь мир фильм стала «Годзилла» 1954 года режиссера Исиро Хонда: это был один из первых японских ужастиков и один из первых фильмов, который в жанре фантастики интерпретировал ядерную катастрофу в городах Хиросима и Нагасаки. Японцы в «Годзилле» (и в последующих фильмах о монстре-мутанте), в свою очередь, демонстрируют растущую мощь своих научных кадров (вплоть до Робогодзиллы) и преданность родной стране.


«Годзилла»

Тонкость японского духа и в то же время его непоколебимую силу, способность к бунту в истинно японском стиле и сильнейшим порывам чувств показали миру фильмы «Голый остров» (1960), «Женщина в песках» (1963), «Эрос + убийство» (1969) и сильнейший фильм «Черный дождь» (1988 ) – все они в дальнейшем оказали ощутимое влияние на японский и мировой кинематограф и именно им мы обязаны сложившемуся и прижившемуся у нас образу японцев.
Однако нельзя забывать про якудзу: японская мафия вошла в мировой обиход не только благодаря японо-американскому фильму «Якудза»1974 года, но и стала известна благодаря череде громких криминальных дел международного масштаба в 70 – 80-х годах.С Францией у нас ассоциируются чувственные драмы о любви или сложных жизненных ситуациях, или же легкие французские комедии.

Отсюда сложный образ француза: это и человек, который легко может вскружить своей любовью чью угодно голову, и неунывающий простак, способный найти выход из любой ситуации, и серьезный, даже холодный человек, которому необходимо преодолеть определенные жизненные трудности после серьезной потери.

Так как французский кинематограф – один из старейших в мире, стереотип о французе как таковом очень многогранен психологически. Если японцы отличаются от европейцев внешне, и стереотипное восприятие так или иначе срабатывает, то для того, чтобы дать зрителю понять, что перед ним француз, продюсеры обычно пририсовывают к нему «аксессуар»: багет, берет, Эйфелеву башню и т.д. (это и помогает американским актерам играть французов, вплоть до исторических персонажей).


«Самурай»

Однако, возвращаясь к образу французов в мировом кинематографе, начнем со стереотипа героя-любовника. Ален Делон, Жан-Поль Бельмондо, Жан Маре, Жан-Луи Третиньян и позже, в конце 70-х, Жан Рено показали французских мужчин как красивых, страстных (и в то же время холодных), несколько замкнутых и гордых. Соответственно, фильмы с их участием: «Красавица и чудовище» (1946), «На последнем дыхании» (1960), «Самурай»(1967), «Ночь у Мод» (1969) дали зрителям стереотип о непростой, но сильной и по-французски красивой любви. А фильм «Самурай» с Аленом Делоном стал еще и «дедушкой» французских криминальных драм «Профессионал» и «Леон» и множественных американских ремейков.

Француженки – а это Катрин Денёв, Софи Марсо, Анук Эме, Жанна Моро, Бриджит Бордо и др. – своими ролями и внешними данными смогли убедить весь мир, что во Франции живут самые красивые и самые сексуальные женщины, причем этот стереотип так или иначе держится до сих пор.Образ француза как смешного и недалекого простака пришел из комедий. Фильмы«Каникулы господина Юло» (1953), «Фантомас» (1964 и другие фильмы), «Высокий блондин в черном ботинке» (1972), «Вальсирующие» (1974), «Невезучие» (1981) и актеры Жак Тати, Луи де Фюнес, Жерар Депардье (хотя он и прекрасный драматический актер), Пьер Ришар не только ввели в моду так называемый «французский юмор», где на фоне легких, смешных диалогов герои попадают в передряги из-за собственной же неуклюжести и невезучести, а эти качества, в свою очередь, превратились в стереотип.

Веселый вариант «французской любви» вошел в кинематограф с фильма «Дети райка»(1945) – история «наблюдаемой со стороны» любви также в дальнейшем переосмысливалась и по-новому воплощалась в фильмах со всего света.


«Невезучие»

Интересно, что помимо красоты француженок существует еще стереотип об их упрямстве и воле. Он пришел не только из истории всех возможных революций во Франции, в которых женщины активно участвовали и которые являются национальной гордостью французов (что отражено в их гимне). Для мира стереотип о силе духа француженок большей частью пришел из жизнеописания Жанны Д’Арк, причем первый фильм о национальной героине был снят еще в 1929 году – «Страсти Жанны Д’Арк», и в дальнейшем был переснят не один десяток раз, считая и американизированную версию Люка Бессона с Милой Йовович.

Также стоит отметить фильм «Мушетт» (1967), который также утвердил мирового зрителя в мнении о силе характера даже самой юной француженки.Что касается стереотипа о Париже как о самом красивом городе Земли, то одним из первых фильмов, который дал миру этот стереотип, был фильм «Красный шар» Альбера Ламориса.А знаменитый «кулинарный» стереотип о Франции тоже отчасти «выпечен» в кинематографе – например, одними из первых фильмов с кулинарной линией были фильмы «Ресторан господина Септима» (1966) и «Крылышко или ножка» (1976) с тем же Луи де Фюнесом.

А теперь о родном. Стереотипы о России относительно молодые, они культивируются с начала 1990-х годов, вплоть до сегодняшнего дня в режиме «онлайн». А вот стереотипы об СССР – это уже ветераны общественного мнения, и их активно используют для соотнесения образа Российской Федерации с СССР.

Рассматривая СССР, надо сразу отметить, что «большой выход» советского кино на мировую арену состоялся после Великой Отечественной войны (или Второй Мировой – как угодно). Снятые до этого фильмы, как правило, утверждали коммунистический уклад и даже личные драмы героев обычно были связаны с революциями, трудовыми подвигами новоиспеченных граждан Советов и т.д. Особенно интересно отметить, что множество фильмов об утверждении коммунистического духа было снято… на нынешней Украине.

Известные тогда фильмы «Старое и новое» (1929), «Арсенал», «Весной», «Энтузиазм: Симфония Донбасса» (1930), «Хлеб» — все они подарили миру стереотип о советском народе как о сплоченном коммунистической идеей строе будущего.


«Энтузиазм: Симфония Донбасса»

Однако из-за железного занавеса и достаточно жесткой внутренней и внешней политики СССР кинопропаганда воспринималась слабо: не видя и не слыша в информационных выпусках и газетах подтверждения, да и не видя невыездных советских режиссеров, зритель верил скорее внутренней пропаганде своих стран, которая рисовала СССР, в связи с усилением угрозы Третьего Рейха, как союзника.

Правда, без фанатизма: такого далекого красного «союзничка», который просто существует и у которого есть идея единства наций в противовес идее одной великой нации.Во время Второй Мировой войны и после нее фильмы об участии в войне СССР хлынули в мировой кинематограф. Началось это, строго говоря, в 1942 году, когда советско-американский фильм «Разгром фашистских войск под Москвой» взял… «Оскар»! (Как лучший документальный фильм. Правда, американцы его здорово видоизменили для показа на своей территории: «Москва наносит ответный удар» стало эдаким доку-фикшн блокбастером.)

Следующим фильмом, утвердившим для советских граждан амплуа великих патриотов, стал «Сталинград» (1943). После его просмотра Уильям Черчилль отправил товарищу Сталину письмо со словами:
«Вчера вечером я видел фильм «Сталинград». Он прямо-таки грандиозен и произведет самое волнующее впечатление на наш народ».
Тогда же стали появляться фильмы о русских летчиках, революционерах, сражениях и великих военных деятелях (например, «Радуга», «Чкалов», «Крейсер «Варяг», «Адмирал Нахимов» и др.), которые, будучи сыграны в жесткой, сильной манере ввели в мировой кинематограф образ сильного, жесткого, верного своей стране и народу патриота. Особенно стоит отметить вклад Михаила Ромма («Человек №217», программный пропагандистский документальный фильм «Обыкновенный фашизм» и др.).

Водочный стереотип пришел к зрителю уже после войны, когда вернувшиеся в США и Великобританию союзники стали снимать свои фильмы о Второй Мировой: запомнившийся русский горячительный напиток нашел свое место и привил своеобразный стереотип. С фильма «Машенька» 1942 года зрители стали узнавать и красоту русских женщин, которые, однако, не вступали в конкуренцию с француженками – у них была своя, особенная красота и своя особенная судьба, в которой так или иначе фигурировала война.

Получившие всемирную известность фильмы «Баллада о солдате»(1959) и «Летят журавли» (1957) оказали большое влияние на молодых режиссеров 60-х и даже подрастающее поколение – например, о значении фильма «Летят журавли» говорит в своей короткометражке «Cinéma de Boulevard» Клод Лелуш («У каждого свое кино»).


«Летят журавли»

Однако остальные фильмы СССР, добравшиеся до западного зрителя, проходили сквозь призму пропаганды холодной войны между СССР и США, назревшей на фоне укрепления авторитета СССР после Второй Мировой. Так как экономика США уже тогда начала связываться в тугой узел с экономикой Европы, формирование стереотипа у западного зрителя шло преимущественно через СМИ (вспомним тот же ажиотаж вокруг диссидентов, который горячо разгорелся в США и гораздо тише – в Европе).

Кинематограф как средство формирования стереотипов отошел на второстепенную роль, т.к. в советской киношколе очевидна высокая художественная ценность фильмов.

Тем не менее, фильмы «Война и мир» (1969), «Братья Карамазовы» (1970), «Чайковский»(1972), «…А зори здесь тихие» (1973), «Дерсу Узала» (1976), «Белый Бим Черное ухо»(1979), «Москва слезам не верит» (1981), «Частная жизнь» (1983), «Военно-полевой роман» (1985) – до сих пор считаются одними из лучших фильмов XX века и получили на кинофестивалях престижные, в том числе «Оскаровские», награды.

Текст: Светлана Иванова

КОММЕНТАРИИ